Интервью с Zeraphine на 20-летии Letzte Instanz


Shadowplay Fanclub & S.F. Russian Support
Alter Schlachthof, Дрезден
13.10.2018

Клаудиа: Спасибо большое, что пришли. Думаю, вы уже знаете, что сегодняшнее интервью было инициировано русским фан-сообществом. Добрый вечер, Россия!
Свен: Я всем-всем сообщил.
Клаудиа: Наша русская фанбаза и члены фанклуба собрали для вас массу интересных вопросов, но времени у нас в обрез, поэтому давайте же начнём. Letzte Instanz отмечают сегодня двадцатилетний юбилей. Вы как группа всего лишь на несколько лет моложе.
Свен (в притворном удивлении): В смысле? (Всеобщий смех.)
Клаудиа: Я же сказала: как группа.
Свен: Ну понятно, а то мало ли…
Клаудиа: Как вы оцениваете свой успех за все эти годы? Хотелось бы вновь прожить какие-нибудь моменты?
Свен: Последние восемь лет прошли очень спокойно и совершенно не напряжённо. (Смех.)
Мануэль: Никакого стресса!
Свен: Вы отвечать будете, или как?
Мануэль: Последние лет десять, пожалуй… Ну, мы ведь не распадались, но и ничего нового не написали, да, просто выступаем на разных фестивалях каждый год. И это хорошо.
Свен: Но можно сказать, что на 2010 год всё могло бы быть и хуже. Много у каких групп дела шли намного хуже. Но и много у кого дела шли намного лучше (Всеобщий смех.) Но тех, у кого дела шли хуже, было всё-таки больше, так что мы можем собой гордиться.
Михаэль: До 2010 года у нас и стресса было порядочно.
Свен: И правда. А сейчас всё, как ни странно, по-прежнему хорошо, вот только как-то счета увеличились, хотя особо ничего не происходит.
Михаэль: Инфляция же.
Свен: Ну да.

Клаудиа: Без этого вопроса не обойтись. Что готовит будущее? Фаны спрашивают, будет ли новый альбом, поедете ли вы в тур, — есть ли хоть какая-то надежда, что мы что-то услышим от вас в ближайшем будущем?
Свен: И все такие на меня посмотрели. (Всеобщий смех.)
Мануэль: Мы поедем в новый тур, только если у нас будет новый альбом.
Клаудиа: Ключевая фраза!
Мануэль: Мы уже так раньше ездили в тур без нового альбома, и…
Свен: И это было очень странно.
Мануэль: Разумеется, наши верные фаны пришли, но, когда есть новый релиз, то ехать в тур логичнее.

Надин: Новый альбом — это ключевая фраза. Ходят слухи о всяких неизданных или недописанных песнях…
Свен: Правда?! (Всеобщий смех.)
Мануэль: У Нормана уже три альбома в стол написано, у Михи пока один.
Надин: Тогда спросим так: вы всё ещё работаете над этим материалом, ведётся ли какой-нибудь творческий процесс? Есть какой-нибудь материал на подготовительной стадии?
Норман: Вообще-то, нет, на сегодняшний день мы уже бросили пытаться сочинить что-то новое для альбома.
Свен: Неизданные песни… Ну вообще, раз они не были изданы, значит на то была причина, иначе мы бы их выпустили уже давно. В большинстве своём это песни, которые не вместились на уже вышедшие альбомы. И их не надо выпускать десять лет спустя, потому что люди будут думать: о, теперь они снова вместе и снова пишут, а на выходе очень и очень слабые песни, не надо так.
Надин: Какой ты требовательный.
Свен: Есть такое.

Надин: Поехали дальше. Если бы Zeraphine был создан только вчера, то какую музыку вы бы исполняли сегодня?
Свен: Никакую! За один-то день… (Всеобщий смех.)
Мануэль: Мы бы не успели ничего написать.
Свен: Спустя всего один день мы бы пошли выпили все вместе, а потом бы подумали, стоит вообще что-то затевать или нет.

Клаудиа: Строго говоря, уже не выходит делить ваши песни на «старые» и «новые», как же вы формируете сетлисты? Вы играете свои любимые, или самые популярные, или песни, которые лучше всего получается играть вместе?
Свен: Вообще-то наши сетлисты составляет Инга.
Норман: Да, именно так. (Всеобщий взрыв смеха.)
Свен: Да, она предлагает песни, которые сама хотела бы послушать…
Норман: И, если все удосужились вовремя проверить почту, то все автоматически согласны.
Свен: И тогда все говорят, типа, какой крутой сетлист, будем играть.
Клаудиа: А для тех, кто не в курсе, Инга — это жена Нормана.
Свен: Да. Но вообще это здорово, конечно, то есть…
Норман: Сегодня, мы так подумали, раз уж мы выступаем с Letzte Instanz, а мы как Zeraphine ездили с ними в свой первый тур, то надо сыграть что-нибудь старенькое. Потом у нас есть синглы или хиты. Ну и вдобавок мы играем то, что любим сами. Или же, если мы очень долго не играли какую-нибудь песню, мы берём её в сетлист.
Марцеллус: У нас уже есть опыт, и мы знаем, какую песню на сцене исполнять удобно, а какую нет. Это тоже влияет на выбор.
Михаэль: Бывало, мы играли песни, которые до этого не играли целую вечность.
Мануэль (перебивает): …которые не умеем играть.
Свен: Ага. Но в итоге всё получалось хорошо!
Михаэль: Да, всё в итоге звучало, как надо.
Свен: Взять тот фанклуб-концерт, например, вот, да.
Мануэль: Да, иногда так уж выходит. Не трогаешь песню лет пять, потом внезапно идёшь её играешь, и получается на ура.
Клаудиа: Вы сегодня в закрытом помещении, значит можно петь все песни про дождь? (Ребята припоминают все эпизоды, когда приходилось играть под дождём, и громко смеются.)
Мануэль: Точно!
Свен: И тогда обязательно или трубу прорвёт, или ещё какое-нибудь дерьмо выплывет…

Клаудиа: Чего желают фаны, в особенности из Shadowplay, это чтобы вы записали не полноценный альбом, а всего пару песен, чтобы приложить их к фанзину в качестве подарка. Вы могли бы представить себе что-то такое?
Свен: Для начала эти песни надо будет сочинить…
Норман: Представить-то легко.
Свен: Да, вообразить себе всё что угодно можно.
Клаудиа: Но вам, если что, не придётся сочинять очень много, потому что следующий вопрос связан с каверами. Может, вы могли бы выпустить альбом каверов? Вы их столько уже исполняли, например, «Mr. Brightside», «Stella Maris»…
Норман: Выпускать альбом каверов всегда затруднительно, так как на каждую конкретную версию нужно вначале получить разрешение на публикацию у правообладателя, так что… Может, ты добавишь что-нибудь по теме?
Марцеллус: Если это идентичный кавер, то нет. Надо, только если меняешь или переписываешь песню.
Свен: Только если выпускаешь в Германии.
Марцеллус: Что?
Свен: Это ведь только к Германии относится, да? Потому что тогда это уже государственный релиз.
Марцеллус: Да нет, не только к Германии.
Свен: Ну ладно, в любом случае…
Марцеллус: В общем, посмотрим.
Свен: Да? Посмотрим.
Клаудиа: Посмотрим! Отлично.
Все (смеются): Сделаем!
Клаудиа: Сделаем! Ещё лучше! Фаны ещё отмечали, что вы не смогли сыграть «I don’t want you in here» в Вернойхене, если я правильно помню.
Свен: Мы там много чего не смогли играть. (Смех.) А чего могли бы — ещё больше.
Клаудиа: Да уж. Но это был прекрасный концерт всё равно.
Марцеллус: В смысле, мы не смогли сыграть?
Мануэль: В Вернойхене, помнишь, мы репетировали перед публикой, вот тогда…
Клаудиа: Да-да, у вас была открытая репетиция. (Смех.) И вот публика запомнила оттуда «I don’t want you in here», и все очень просят, может, вы её сыграете где-нибудь ещё в том виде, в котором она задумывалась, может, на видео запишете? (Смех.)
Свен: Если мы порепетируем перед тем как записывать, то да.
Марцеллус: Она именно в том виде и задумывалась.
Свен: Ну да, мы так и хотели — сыграть два бита и остановиться. И так три-четыре раза. Да-да-да. Ну, как я и говорил ранее, мы всегда открыты для таких экспериментов.

Надин: К слову о фанклуб-концерте, мы планируем новый на 2019 год.
Клаудиа: Точно.
Свен: Ну конечно.
Надин: Как же иначе. Ну и, разумеется, мы будем рады, если вы снова поучаствуете. Есть какие-нибудь шансы на то, что вы присоединитесь? Есть даты, которые вы уже могли бы обсудить.
Свен: Мы как раз обсуждаем, пока ещё не договорились.
Клаудиа: Было бы здорово снова устроить двойной концерт, правда?
Свен: Да, мы как раз тут недавно это обсуждали, да. Посмотрим, что можно сделать. Но нужно всё вначале обговорить, а то мы не виделись с тех пор, как вы предложили эту идею. Надо всё обговорить.
Мануэль: Видите, как мы теперь работаем! (Смех.)
Свен: Да уж.

Надин: Конечно же, в тему будет упомянуть, что многие фаны мечтают о настоящем концертном DVD, может, с какого-нибудь шоу?
Свен: О да.
Михаэль: Мы уже давно об этом задумываемся, идея уже очень давно витает в воздухе.
Норман: С 1800-го… да.
Мануэль: С 1870-го.
Михаеэль: Но это давно уже надо было сделать.
Свен: Но тогда нужен настоящий концерт. Например…
Клаудиа: Да, но вы могли бы дать душевный и длинный фанклуб-концерт, а мы бы записали его на DVD. В случае с Zeraphine было бы не впервой.
Мануэль: И это будет наш прорыв.
Клаудиа: Ваш прорыв, именно.
Норман (перебивает): Главное, не прорыв аппендикса. (Взрыв смеха.)

Клаудиа: Часто звучат вопросы о вашей музыкальной и личной деятельности, как вы поживаете? Мы не так уж много знаем о том, чем вы занимались последние годы, так что это вопрос вам всем.
Михаэль: У меня всё нормально, я даже за всех ответить могу: у нас у всех всё нормально. Вообще я не так много музыки сейчас пишу, иногда для всяких свадеб и праздников… Моя карьера настигла меня лет на 5–10 лет раньше, чем я планировал. Будучи молодым музыкантом, я планировал выпускать хиты для чартов, когда мне будет сорок, но как-то так вышло, что я начал уже в тридцать. (Смех.)
Мануэль: Серьёзно, ты так планировал?!
Михаэль: Да, это была моя цель.
Свен (смеётся): Наконец-то начать зарабатывать музыкой к сорока годам. (Всеобщий смех.)
Норман: У Свена есть Solar Fake, если вдруг вы не знали…
Клаудиа: О, спасибо за новости, так и запишем.
Свен: В остальном у меня всё нормально, да. (Смех.)
Марцеллус (трясёт головой): В смысле, в остальном?!
Норман: Я тоже не очень много сейчас сочиняю. Было бы здорово всё изменить, и сейчас я как раз не очень загружен, а вы?
Марцеллус: Я по-прежнему играю у Нины Хаген, я ведь с ней давно уже выступаю. Мы так состаримся вместе. (Всеобщий смех.) Но, серьёзно, я уже много лет подряд играю у неё, так что здесь без изменений.
Мануэль: Я пишу песни для себя…
Михаэль (перебивает): А, вот где скопились все альбомы.
Мануэль: Да, я захапал все альбомы! А так я периодически выступаю в барах моего района Нойкёльн, а вообще я занимаюсь сборкой мебели.

Клаудиа: Далее мы бы хотели задать очень глубокий вопрос. Как с годами изменилась ваша личная философия и ваши взгляды на жизнь?
Свен: Я всё подробно изложил на последнем альбоме Solar Fake.
Михаэль: Легко отделался от вопроса!
Свен: Могу только сказать, что никакой динамики к хорошему. В остальном…
Михаэль: Нет, ну, мои взгляды всё те же, только наше общество становится всё более неприятным, но, может, всё ещё изменится. Лет этак через сто.
Свен: После дождичка в четверг, ага.

Надин: Вы бы хотели посетить собственный концерт, но в качестве зрителя, а не музыканта, чтобы взглянуть на всё со стороны?
Норман: Определённо!
Марцеллус: Да, я бы сходил, чтобы оценить, как всё это звучит.
Свен: …или выглядит.
Марцеллус: Я про то, что никогда ведь нет такого шанса.
Норман: Посмотреть, наверное, нет, а вот послушать — да…
Марцеллус: И будет это очень такое себе.
Свен: На концерт из прошлого можно было бы сходить.
Мануэль: Надо двойников заслать…
Свен: Вообще-то есть такое гениальное изобретение как видео, но это не одно и то же…
Мануэль: The Stones, вроде, однажды так и сделали, чтобы на себя со стороны посмотреть? А теперь двойники так и продолжают играть за них концерты? (Смех.)
Михаэль: Можно же увешаться передатчиками, пойти встать перед сценой и играть оттуда, например.
Свен: А публике-то как интересно будет, когда на сцене никого.
Норман: Можно играть из кухни.
Свен: В общем, ответ был «да».
Клаудиа: Хорошо, ответ «да».

Надин: У вас есть любимые песни или альбомы из всего творчества Zeraphine?
Норман: Сложно сказать. Для меня это всегда последний альбом. Потому что он последний, он самый новый, хотя, конечно же, я люблю и все предыдущие тоже.
Михаэль: С течением времени такие понятия, как «последний», «любимый» начинают стираться, но…
Марцеллус: И ранние альбомы снова прорываются в топ любимых.
Михаэль: Думаю, это больше зависит от настроения, если, конечно, диски всё ещё лежат где-то на полке.
Свен: Кстати, когда я готовился к этому концерту, я переслушал треки с альбома «Blind Camera», а я его целую вечность не слушал, и альбом-то такой крутой, оказывается. Мы нечасто играем песни с него, поэтому он как бы остаётся без внимания, а потом переслушиваешь его на свежую голову, и это просто «вау».
Мануэль: И это хорошо, не надо беспокоиться о том, что ты нечасто играешь что-нибудь, так тебе самому не надоедает. Но если у тебя остался в запасе классный и любимый материал, то снова вытащить его на свет — это здорово.
Клаудиа: И мы опять вернулись к вопросу о сетлисте, да?
Мануэль: У меня так было с песней «Failing Breath», я её недавно переслушивал.
Свен: Да, я тоже, песня же потрясающая.
Норман: Сегодня могли бы её сыграть. Если протянем ещё лет двадцать, то нам все песни будут казаться классными…
Мануэль: Ну вы поняли…

Клаудиа: Много личных вопросов поступило из русского сообщества. Тем из вас, у кого есть дети: вашим детям нравится ваша музыка?
Михаэль: Мой сын любит музыку в принципе. Думаю, он пока не может отличить мою музыку от чьей-либо ещё. Но, я думаю, ему в целом нравится музыка.
Клаудиа: Ему нравится музыка, так.
Марцеллус: Мои дети сейчас в таком возрасте, что всё, что бы я ни делал, — это для них «некруто». Группа здесь совсем ни при чём.
Норман: Я думаю, моим нравится, ведь им постоянно приходится её слушать… (Взрыв смеха.) И я надеюсь, что все эти слёзы — это слёзы радости. (Новый взрыв смеха.)

Клаудиа: И ещё один хороший вопрос. Свен, тебя теперь всегда видят в обтягивающих джинсах, а ты всё ещё помнишь те времена, когда носил длинную юбку?
Все: О да-а-а, конечно! (Громкий смех.)
Клаудиа: Тебе есть, что сказать?
Свен: Не-а.
Мануэль: Он поди юбку под штанами носит.
Свен: Меня как-то раз проконсультировали по стилю, и мне сказали, что можно даже ещё заузить. (Всеобщий взрыв смеха.)

Клаудиа: Насколько важна для вас сейчас ваша внешность? Как вы справляетесь с осознанием возраста?
(Долгое неловкое молчание.)
Свен: Когда уже сделал две пересадки волос… (Смех.) Никакого тщеславия не остаётся и следа.
Марцеллус (задумчиво): Как мы справляемся с возрастом…
Норман: Никак, на самом деле.
Михаэль: Знаете, выступление на M’era Luna этого года есть в записи, а ещё есть видео 2003 года, наши первые выступления на M’era Luna тоже записывались на видео.
Марцеллус: И что, ты посмотрел и сравнил?
Михаэль: Ну, я подумал, что было бы интересно, может, сделаем клип-компилляцию? (Смех.)
Марцеллус: Я бы не стал.
Свен: Я бы тоже не стал.
Мануэль: Ладно, это вырежем потом.
Норман: Можно смотреть и угадывать, какой кадр какого года.
Клаудиа: Можно на эту тему конкурс устроить!
Свен: Действительно.
Марцеллус: В общем, это очень проблемная тема. (Смех.)
Свен: Мы ещё не пришли к согласию на этот счёт.

Надин: Кто из вас самый пунктуальный?
Мануэль: Я! (Мануэль и Марцеллус поднимают руки.)
Надин: А кто всегда опаздывает?
Свен: Это я.
Надин: Всё с тобой понятно.

Надин: У вас есть какие-нибудь талисманы или обереги? Кратенько обсудим.
Свен: Не-а.
Михаэль: У меня в машине.
Марцеллус: У тебя оберег в машине?
Михаэль: Да, для водителей. «Кушельклосс» [Kuschelkloß — популярная игрушка из Тюрингии, плюшевый снежок с двумя глазами. — прим. пер.].
Марцеллус: Да ладно?!
Михаэль: Да. Рекомендую. Это самый лучший талисман.
Мануэль: И где он там висит?
Михаэль: На зеркале заднего вида.
Марцеллус: Загораживает обзор в критический момент… Это всё Кушельклосс…
Норман: …если вдруг что… (Смех.)

Клаудиа: Довольно необычный вопрос: есть ли у вас какие-нибудь истории из жизни, которые вы уже по сто раз рассказывали, но с удовольствием рассказали бы в сто первый?
Михаэль: Давным-давно… (Всеобщий смех.)
Мануэль: Миха у нас хранитель историй.
Свен: Он единственный помнит всё.
Норман: Не знаю, может, лучше не надо?
Михаэль: Ну, самое интересное, разумеется, я рассказывать не буду.
Свен: И не надо. Мы и так натерпелись.
Клаудиа: Как жаль!
Михаэль: Был бы алкоголь — я бы всё вам рассказал.
Клаудиа: О, ну так это мы можем устроить.
Свен: Сложно. Конечно же, столько всего происходило…
Мануэль: Мы как-то в туре снимали часть на видео, и…
Свен: Я помню, в какой-то момент кого-то стошнило тебе прямо на штаны.
Мануэль: Да, я даже помню, кто это был, но я не буду рассказывать. Просто… Было дело. (Всеобщий смех.)
Марцеллус: История, которая никого не заденет. У нас однажды был аншлаг в Берлине, а я находился в Италии, в Риме, и авиакомпания внезапно просто исчезла.
Клаудиа: Как так — исчезла?
Марцеллус: А вот. В общем, я был в Риме, и этой авиакомпании больше не было, и мы постоянно перезванивались, типа… «Я думаю, я успею» и «Ну мы пока тут твоё барахло настроим».
Свен: Это были ады. Нам тогда было ни разу не смешно.
Марцеллус: Но теперь-то уже можем посмеяться над этим.
Свен: Да как? Я как вспомню, так сразу пот прошибает.
Михаэль: Вот после того случая он и перепрыгнул в облегающие брюки. (Смех.)
Марцеллус: Авиакомпания официально разорилась в тот день, и мы все уже сидели в зале ожидания, и тут внезапно все сотрудники испарились, наш багаж уже был зарегистрирован и всё такое, а они просто взяли и исчезли. Спустя час мы начали поиски, и их стойки регистрации были все пустые, и компьютеры отключены, и персонал компании Алиталия нам сказал: «А они больше не работают», и мы как понеслись, и нас посадили на последний рейс, и мы даже успели на концерт и отыграли вовремя. Успех!
Мануэль: Ещё как-то раз наш автобус застрял у магазина «МедиаМаркт», потому что кто-то до этого забыл выключить отопление в туалете, и аккумулятор сел.
Марцеллус: Это был тот же человек, который наблевал тебе на штаны?
Мануэль: Нет, другой.
Михаэль: Водитель?
Свен (со смехом): Водитель!
Мануэль: И тебе ещё куда-то надо было ехать…
Марцеллус: Ага.
Мануэль: Кто-то тебя отвёз на станцию, но поезд то ли отменили, то ли он уже ушёл, и ты вернулся. И, если бы мы не застряли на той парковке, то нас бы уже к тому моменту там не было, поэтому всё правильно сделал.
Марцеллус: Именно поэтому я тогда свет не выключил.
Мануэль: И дело было зимой, мы все в автобусе завернулись в одеяла, потому что отопления не было из-за аккумулятора.
Михаэль: Зато у нас была еда из Макдональдса.
Норман: Как вы всё это помните…

Клаудиа: И под конец: на какой вопрос вам всегда хотелось ответить, но по иронии судьбы его никогда не задавали?
Свен: О том, какие истории из прошлого мы помним и можем рассказать. (Смех.)
Михаэль: Ну вот теперь, получается, ответил.
Мануэль: О том, почему наша внешность не отражает наш возраст. (Громкий смех.)
Марцеллус: О том, как у нас так получается.
Норман: Да, вот этот вопрос, пожалуй.
Свен: Вот как-то так.

Клаудиа: Ну что ж, наше эфирное время подходит к концу, и от лица всего фанклуба Shadowplay я бы хотела горячо вас поблагодарить. В настоящее время не так уж много новостей о вас, но, разумеется, мы будем с готовностью освещать ваши сольные проекты, просто сообщите нам, и мы опубликуем. К тому же, раз мы решили, что будет новый диск, а в следующем году — мероприятие с вами…
Все: CD, DVD, что угодно…
Клаудиа: Спасибо вам огромное и удачи на выступлении.
Все: Спасибо!

Опубликовано: Shadowplay Fanzine 2018
Перевод на русский: Torrie